ukrfreelancer (ukrfreelancer) wrote,
ukrfreelancer
ukrfreelancer

О доносах, стукачах и ябедах

Оригинал взят у varlamovru в О доносах, стукачах и ябедах
В продолжение вчерашнего разговора о стукачах, хочу порекомендовать вам замечательный текст Леонида Каганова, где он довольно подробно разбирает, почему у нас не любят "стукачей":

Всякий, родившийся в СССР, с младенчества усвоил, что нет оскорбления круче, чем «ябеда». Ябеда — бесспорный враг общества. Ябед ненавидят дети и не уважают воспитатели. Хотя, казалось бы, должны любить своих информаторов. Когда дети подрастут, это будет называться уже другим словом — стукач или доносчик. А это уже — фактически людоед. Но что означает странное слово «ябеда» и откуда оно взялось?

Впервые «ябедник» встречается в Новгородской летописи от 1218 года и означает — чиновник, судья.

В словаре Даля встречается «ябедничать и ябедить» в смысле «клеветать, чернить, возводить напраслину — промышлять ябедой по судам». Чудесные поговорки приводит Даль: «Ябедника на том свете за язык вешают», «Бог любит праведника, а черт — ябедника», «Лучше нищий праведный, чем богач ябедный».

«Ябеда — это клевета», — говорит словарь Ушакова.

«Ябеда — вчинание заведомо неправильных исков», — говорит словарь Брогауза и Ефрона.



Проницательный читатель уже догадался, в чем дело. А для менее наблюдательных поясню: во всех дореволюционных определениях ябедничающим назывался ЛЖЕЦ. Возникает резонный вопрос: в какой же момент слово «ябеда» изменило свое значение и стало означать то, что мы привыкли под ним подразумевать? И что мы привыкли подразумевать? Вот Леночка подбегает к воспитательнице и говорит: «А Колька пластилином измазал занавеску!» Воспитательница таскает Кольку за ухо, но он возмущен до глубины души вовсе не этим. «Ябеда! — кричит он Леночке, — Ябеда!» И дети понимают. И я понимал. А сейчас вдруг задумался. Вы меня извините, я просто пытаюсь рассуждать вместе с вами. Давайте дадим формулировку, что такое современное слово «ябеда». Мне приходит в голову только такая: «Ябедничать — сообщать кому следует правду о неком преступлении для восстановления общественной справедливости».

Собственно говоря, слово «стучать» и «донести» в современном понимании означает примерно то же самое, что и ябедничать. И ключевое отличие от любых дореволюционных формулировок одно, но решительное: современный ябеда сообщает не клевету, а ПРАВДУ. Ту правду, которую некто желал бы скрыть, поскольку его поступок не легитимен, наказуем. Сообщает ябеда правду для того, чтобы наказать нарушителя и поучаствовать тем самым в восстановлении справедливости. Скажем осторожнее: не абстрактной справедливости (которой наверно и не существует), а той, которая общепринята в данном обществе в данный момент. А для всего прочего у нас есть слово «клевета» — его никто не отменял и оно своего значения не меняло.

Вы следите за мыслью? Мы пока не допустили никаких логических ошибок? Мы с вами с детства ненавидим ябед и стукачей, но при этом утверждаем, что уважаем и правду и справедливость. Как же это в нас уживается? После того, как мы всё назвали своими словами, становится, согласитесь, как-то не по себе. Чувствуется в нашем воспитании некая культурно-моральная трещина, к которой мы так привыкли, что не замечаем. Не замечаем, что одной ногой стоим на одной стороне пропасти, а другой — на противоположной. Попробуем осмотреться.

Пример первый.

Наши соотечественники, поработавшие в Европе, а особенно в США, поражены, насколько там принято стучать. Стучат все. Автолюбитель на автобане готов тут же позвонить в полицию и сообщить ваш номер, увидев, как вы выкинули на обочину фантик или превысили скорость. Подчиненные докладывают начальству о прогулах коллег. Сотрудники доносят друг другу о неполиткорректных высказываниях, оброненных кем-то... В США очень почетно являться «добровольным помощником полиции» — человеком, который считает своим гражданским долгом регулярно информировать полицию о том, что видит нехорошего на своей улице и среди своих соседей. Ужас! Выходит, у них как-то все совсем по-другому? Какая-то иная психология? Как так можно жить?

А вот другой пример. Тоже чуждая нам психология, но в другую сторону:

В далеких 90-х, в эпоху первых чеченских войн, мой школьный товарищ рассказал мне историю, услышанную им от кого-то или прочитанную где-то. В Чечне, мол, обычаи таковы, что если ты выглянул из избы и видишь, как вор крадет у твоего соседа коня, то сообщить об этом соседу — это очень, очень некрасивый поступок. Надо сделать вид, что ничего не заметил. Такой народ, такие обычаи. Дикость этой истории произвела на меня глубокое впечатление. Хотя сегодня у меня есть веские основания подозревать, что эта страшная сказка — плод первой ксенофобии 90-хх, уж очень она плохо вписывается в культуру Кавказа. Но дело не в этом. Для нашего разговора не имеет никакого значения, любопытно само предположение: допустим, где-то (в Африке, в Хоббитании, на Сириусе) существует деревня, где сообщить родному соседу о том, что его обворовывает какой-то незнакомый тип — большой позор, стукачество, ябедничество и общественное порицание. Вопрос: как мы с вами должны относиться к такой деревне и таким обычаям? Мы готовы согласиться с тем, что это — мерзкое стукачество?

Вот тут-то и начинается самое интересное. Потому что моральная пропасть, пролегающая через наше воспитание, оказывается бездонной. Выходит, не любое стукачество — это стукачество, и не любой донос — донос? Что, в принципе, логично, поскольку сообщить «правду для торжества справедливости» — по сути своей благородное дело. Тогда давайте попытаемся нащупать критерий. Что же является признаком стукачества, доноса и ябеды?

Чтобы понять это, я попросил друзей в интернете дать свое определение слову «ябеда», «стукач» и «доносчик». И по большому счету все определения получились похожими. По крайней мере, практически никто не сказал, что ябедничать — это клеветать, но все в целом подразумевали, что ябедничать — плохо. У каждого были свои вариации, которые подчеркивали гнусность явления. Эти вариации хотелось бы рассмотреть, может в какой-то из них и кроется критерий?

1) Это мерзкий поступок потому, что производится тайно, исподтишка. А так ли это? Мы привыкли с детского сада, что «Колька мажет пластилином занавески» может быть сказано и на ухо воспитательнице, и вслух при всей группе, но все равно сказавший — ябеда. И если вы в метро нажали кнопку громкой связи с машинистом чтобы сообщить о карманнике, который обшаривает пьяного, то вы для него все равно стукач — сообщили ли вы это на весь вагон или попытались нашептать тайно. У кого остались сомнения — давайте вернемся в нашу деревню на Сириусе. Итак, у вашего соседа крадут коня. Но вы не имеете возможности высказать вору личное «фе» или разбудить соседа при нем. Почему? Не важно. Допустим, у вора пулемет (а у соседа два), а у вас ничего такого нет, и вы вообще вскочили с постели в одних подштанниках. А может, сосед живет за горой, а вы смотрели на звезды в телескоп и случайно увидели, что делается в его дворе. И тогда вы звоните соседу по мобильнику — незаметно для вора. Теперь отвечайте: это — стукачество? Донос? Ябедничанье?

2) Это недостойный поступок потому, что производится ради личной выгоды: занять чужое место, сыскать благорасположение. Так ли это? А как быть со стукачеством в лице германского автомобилиста, который закладывает полиции нарушителя? Выгоды от этого ему явно никакой. Или он не стукач в нашем понимании?

3) Это трусливый поступок, потому что ябеда просит для себя (или не для себя) защиты у сильных, поскольку сам решить проблему не в силах. Не очень понятно, почему это плохо. В конце концов, для того и выдуманы специально обученные лица, чтобы решать проблемы вместо своих граждан. Кроме того, не всегда имеется возможность решить проблему самостоятельно, особенно в рамках современной цивилизации. Кулаками, бензопилой и хамским голосом еще можно прогнать ворующего лампочки в подъезде, но нельзя отобрать лицензию у продуктового магазина, повадившегося сбывать просроченные товары со свалки, или запретить пьяному два года садиться за руль.

Давайте тогда рассмотрим третий пример.

Вот тут мы и нащупали заветный критерий. Безусловно, стучать и ябедничать — это сообщать правду в целях восстановления справедливости. Но не любой справедливости, а — чуждой нам. Если вы сообщили на партсобрании завода, что вчера Петров рассказывал в курилке политические анекдоты — то вы сказали правду ради справедливости, четко прописанной в УК. И Петров совершенно справедливо сядет на десять лет за антисоветскую агитацию. И для всех тех, кто считает справедливым действующий УК — вы непримиримый борец за правду и светлое будущее. А для тех, кто этот УК люто ненавидит, — вы стукач, гнида и ябеда.

И тогда становится понятно, кто такой «добровольный помощник полиции» в США — это человек, который считает свою улицу своим домом, где не позволит посторонним выкидывать фантики и разрисовывать заборы. И становится понятна психология сотрудника, который докладывает начальству о чьих-то прогулах. Для него фирма — родной дом, а прогульщик — человек, разрушающий дом. Так бабушка у подъезда готова рассказать вернувшейся с работы женщине, что нерадивая нянька бросила ее ребенка возле дома голодного, а сама уходила на полдня в кино. Потому что это — ее родная соседка, а что касается няньки — гнать такую няньку от дома подальше.

Из всех определений ябеды и стукача, что мне сообщили в интернете, больше всего запомнился ответ Спейса: «это человек, ставящий вертикальные отношения выше горизонтальных»...

Возникает вопрос: а как так получилось, что в России стукачество и ябедничество традиционно считается самым мерзким преступлением? Ответ прост: в России всегда и во все времена ненавидели власть. В Древнем Риме — гордились властью. Американцы — обожают историю своей власти. Немцы — ценят «орднунг». А в России власть традиционно ненавидят. В России не было ни одного царя, президента или генсека, о котором после смерти не начинали всенародно говорить те жуткие гадости, которые боялись сказать о нем при его жизни. В России власть всегда была народу НЕ РОДНАЯ. Любые вертикальные отношения в России принято считать заведомо преступными, потому что они всегда наносят вред горизонтальным. И в царскую эпоху, и при социализме, и сегодня. Ведь только на Руси есть поговорка «от тюрьмы не зарекайся» — лаконичный диагноз беспредела. У кого-то полицию любят и уважают, а у нас ментов — ненавидят. Для кого-то полицейский друг и защитник, а для нас мент — враг и бандюга. Ябедничать? За минувшую сотню лет у нас половина страны успела отсидеть в тюрьмах и лагерях. Причем большинство — по доносу. Как им любить доносчиков? А остальные — те, что успели вдоволь пообщаться с отсидевшими и усвоить моральные законы, принесенные из-за колючей проволоки, — за что им уважать стукачей? Как их детям и внукам не сделать слово «ябеда» самым страшным ругательством в саду? Последний штрих, подтверждающий правоту нашей догадки: а ведь даже на зоне не всякий стукач — стукач. Стукач только тот, кто сообщает правду «вертикально». Если ты заметил, что в твоей родной хате, пока все спали, какой-то сучонок принялся крысятничать, разве по всем понятиям это будет в натуре стукачеством, заложить гада однокамерникам, справедливым авторитетам? Вот такая у нас треснутая мораль, так мы с ней и живем.

Я честно скажу — ничего не утверждаю, ни за что не агитирую. И мне самому было страшно заглянуть в ту моральную пропасть, к которой мы привыкли с детства. Я сам воспитан ненавидеть стукачей, и ничего мне уже с этим воспитанием не поделать до конца жизни. Мне отвратительны американцы, стучащие начальству на коллег, и немцы, доносящие полиции о том, кто как едет рядом по автобану. Но есть факт, который отрицать нельзя: чем роднее гражданину власть своей страны, тем больше у него желания считать страну своим домом, а прочих сограждан — своей семьей, и тем чаще у него возникает абсолютно искреннее желание сообщить власти правду о замеченных мерзавцах, которые в родном доме вздумали гадить. И семья сограждан не осудит такого человека, не назовет его ни ябедой, ни стукачом. Если ваш дядя — шериф, ваш отец — начальник автобана, и сами вы строили этот автобан своими руками, не будет стукачеством сообщить, чтоб оштрафовали приезжего козла. Если вы с братом организовали фирму, десять лет работали без сна и еды, пока вышли на приличный уровень, и вот какой-то нанятый на прошлой неделе сисадмин третий день прогуливает работу, а сервера в бухгалтерии лежат... разве стукачеством будет сообщить брату, заведующему кадрами?

И что самое печальное: ведь понятно, что в здоровом и справедливом обществе вертикальные связи должны быть крепче горизонтальных. Да и какие горизонтальные связи могут быть с людьми, нарушающими общественный закон? И чисто теоретически, Россия должна когда-нибудь подняться до той же организации социума, как в Германии и США. И тогда стучать на дорогах и сообщать начальству о прогулах станет так же просто и естественно, как сообщить соседу, что у него крадут коня, или модератору, что на форуме завелся чужой. Вот ведь удивительно выходит, правда?
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments